?

Log in

No account? Create an account
шевелявка-2

"Борис Пастернак" Дмитрия Быкова

Прочитала и поняла, что не зря «Пастернак» получил и Большую книгу, и Национальный бестселлер. Здоровенный талмуд с не самым увлекательным, в принципе, сюжетом (типичная биография: родился- учился – первые стихотворные опыты – переписка с родными – отношения с Отцом народов… ой да, тут пошло поинтереснее, да…) читается запоем. Что-то такое делал Звягинцев в «Возвращении»: вроде в кадре просто мальчишеские ноги в воде полощутся – ан ждешь все время чего-то такого… такого… как в «Легенде о динозавре»… У Быкова похоже: вроде как триллера нет, а саспенс есть. Впрочем, родная власть старалась тут на всю катушку – какие времена были! Семнадцатый! Двадцатые! Тридцатые! Отдельной строчкой – тридцать седьмой! И под дых всем – сорок первый! «Оттепель» Пастернаку тоже выдалась прекрасная – он как раз с «Доктором Живаго» подоспел. Ну, и сам Борис Леонидович тоже не подводил, шагал в ногу со времем как умел: разбирался то со своим еврейством, то с Господом Богом (любил с Ним потягаться с молодости, Христом себя воображал, да), то с революциями, то с Цветаевой, то с женами и любовницами, то с собственным даром.

Последний сюжет – один из самых занимательных, потому как Пастернак, мягко говоря, не самый простой автор, а литературоведение - дисциплина, порождающая не самые читабельные тексты. Тем не менее, Быков намутил натуральное беллетристическое чудо: образность (в том числе самых безумных и непролазных поэм), эпоха, идеи, размеры (да, стихотворные размеры – ямбы и анапесты с амфибрахиями), ирония, реплики современников и собственные быковские умозрения взбиты так плотно, что ложка прямо-таки стоит: ты отошел от книги, сожрал свои собственные сливки, вернулся и хвать ее – ибо стоит и зовет взяться обратно.

«Пастернак» в целях облегчения конструкции обходится без того, что исследователи называют «аппаратом»: всех этих ссылок, сносок, комментариев, источников и заметок на полях. Тем не менее, аппарат за всем этим есть, и очень даже нехилый: как филолог могу сказать, что вот такое вот, как в «Пастернаке», изящное накидывание перекрестных цитаток из дневников современников, шуточки-заметочки из Белых-Блоков-Ахматовых к очередному пастернаковскому случаю и прочая невесомая вольтижировка между источниками – занятие крайне трудоемкое, хотя и производящее обманчиво легкое впечатление.

Читая «Пастернака», окончательно убедилась в том, что «ЖД» можно было и не писать: «Орфография», «Эвакуатор» и «Пастернак» внятно, красиво и полноразмерно изложили быковскую философию российской истории. В «БП» есть и чередование заморозков и оттепелей, и тенденция к упрощению к жизни с параллельным ее осараиванием и запомоиванием – после очередного российского бунта всплывают неликвиды, дерьмопс, а все стоящее неумолимо вымывается, и именно второсортность, а не некая «власть», осиливает идущего с собственной целью.

Однако ж есть во всем этом героическом труде нечто такое, что меня не просто раздражает, а даже прямо бесит.

Возможно, связано это с тем, что я не попала в набор в поколение, для которого Великая Русская Литература стала священной коровой (священной, как я понимаю, именно по факту запрета священного в подлинном смысле слова, что очень хорошо легло на типично интеллигентскую фрондерскую позицию по отношению к «религиозному официозу»). В результате коровизации собраний сочинений русских классиков помянутые классики (в особенности здесь повезло Пушкину и Пастернаку) оказались воздвигнутыми на такие вот алтари со надписью «все святое, драгоценное и дорогое сердцу честного порядочного русского человека». Нет, я не против, конечно, почтительного отношения к классике, но этот момент сакральности мне крайне неприятен. Я не очень понимаю, почему я должна вот как-то падать ниц перед образом дяди, который да, хорошо писал в рифму, много написал в рифму, ай-бай, красиво писал в рифму, ай-бай, и мне приятно читать эти рифмы, ай-бай, но умилительные слюни и пафосные речи тут причем? (см. быковский зачин, как-то сопрягающий имя «Пастернак» и всеобщий укол радости, которые должны почему-то непременно испытать все слышащие это имя). Уж что-что я понимала, так это свирепый оскал Сорокина в «Голубом сале» и Елизарова в «Pasternake» - уж да, уж пальнем шрапнелью по бумажному тельцу, ибо забодали со своими каждениями.

Весь этот вполне себе религиозный культ Поэта (которому, оказывается, и позволено больше, чем простым смертным, чтоб вы знали) особенно странно смотрится среди описаний его, так сказать, мирской жизни – уж больно неприглядно себя ведет богоравный наш сотворец (кстати, это вообще очень опасный путь – обожествить писателя внутри его собственной биографии, потому как грешен всяк человек, а тут такое раскапывается, что от иконописного лика вообще ничего не остается). Я даже не знаю, хорошо это или плохо, растекаться слезой умиления и экстатического восхищения перед личностью человека, предавшего, одну за другой, двух жен (да и любовницу он тоже предал, на самом-то деле), плевавшего на родного сына, лизавшего то сапожок, то попочку товарищу Сталину - ну и далее по тексту жития.

Еще меньше мне понятно, как с описываемым мировоззрением Пастернака связано его декларированное Быковым «христианство» и титул «христианского мыслителя». Мне не очень ясно, как христианство соотносится с претензиями на богоравность, на самоотождествление с Христом и с прочими, не менее удивительными завитушками. Впрочем, в завитушках видит христианство сам Быков, и тут имеется типичный интеллегенский набор представлений о таком вот христианстве «без официоза». Вопрос только в том, как это все выглядит с точки зрения христианства: я представляю, как ошалели бы апостолы, услышав, что подлинная вера – она вне официальной церкви и «прочей мерзости», что спасение – оно внецерковное и личное, что быть христианином – значит просто порядочно и честно жить, а все остальное – это официоз и догмы (интересно, просто интересно, а в чем тогда смысл Пришествия? Быков полагает, что до Воплощения порядочных людей, что ли, не было? а если были, то зачем на Крест-то было идти, если и так уже все зашибись), что поэт – он по факту поэтического дара подключается к неким «высшим сферам» (я очень живо представляю себе возможную реакцию великих мистиков христианства, о подключении к высшим сферам знавших не понаслышке, вот ведь офигел бы Святой Иоанн Креста, сам великолепный поэт, кстати, - к каким-каким таким сферам ты, милый мой рифмач, подключаешься?:) ).

 Вот этих вот интеллигентских закидонов я искренне не понимаю. В конце концов, все мы люди начитанные и образованные – так давайте разделять понятия, да? Ну если вы выкидываете из христианства его суть и заменяете ее удобными для себя представлениями, так и назовитесь как-то по-другому, правда? Вот говорил же апостол Павел о добродетельных язычниках, разве нет? Во всяком случае, можно было проявить интеллектуальную честность и сказать, что у Пастернака в творчестве присутствуют христианские темы и мотивы – да, это так, но «христианство Пастернака»-то тут причем? В конце концов, христианство – это не орден, не знак отличия, и даже не обязательная характеристика порядочного человека, чего его вешать-то на людей, с ним мало согласных?

Впрочем, здесь речь идет о вполне типичной и даже типовой позиции, и спорить с такими представлениями, наверное, бесполезно. Просто любопытно, неужели люди не замечают, что их «христианство» не имеет никакого отношения к Новому Завету?:)

 

Comments

Елки. Наконец нашелся человек, который вполне вразумительно выразил те чувства, от которых я могу только шипеть и плеваться. Терпеть не могу, когда человека по факту его художественной, поэтической и прочей одаренности записывают в духовные (хотя бы даже просто в этические) авторитеты. Настолько это глупо и дико...
О, я помню, как читала мемуары его любовницы -- Пастернака, я имею в виду, а не Быкова. И хотя они написаны любящей женщиной, оправдывающей Пастернака на каждом шагу и все описывающей и трактующей исключительно в его пользу, отвращение к этому человеку у меня росло с каждой страницей.

Это помимо того, что каким бы ты ни был там поэтом -- а как поэта (впрочем, как и писателя) я Пастернака не люблю, признаться, -- за такой перевод, как пастернаковский перевод Шекспира, надо лишать права издаваться. Потому что надо же было...
Да, переводы чудовищные. Просто чудовищные. Быковского "Пастернака" читать интересно еще и потому, что он умудряется эти ужасы как-то оправдать:) Впрочем, там позиция в целом такая - апологетическая:)
Вы излагаете собственные представления об интеллигентском христианстве, как оно описано в "ЖД" -- о так называемом христианстве с человеческим лицом, как будто оно у него нечеловеческое. Там про все это подробно. В книге о Пастернаке нигде не сказано, что спасение может быть только вне церкви, и уж тем более нигде нет ни слова о том, что быть христианином -- значит просто "порядочно и честно жить". Вы явно читали какую-то другую книгу. Перечитайте главу о сорок первом годе, о жертвенности как ключевом понятии христианства, о стихотворении Пастернака "Иней" и драме "Белый свет". По-моему, это все прошло как-то мимо вас. А уж про "то сапожок, то попочку" -- это вообще за гранью. Господи, до чего вы ничего не поняли!
Это, как вы понимаете, обесценивает все ваши комплименты книге. Если она не донесла своего главного послания -- что вам проку было ее читать? Литературоведческий анализ можно найти у кучи других авторов, а биографию подробно описал сын Б.Л. Одна надежда -- что виновата все-таки не книга.
Как только овладею экземпляром (отдала почитать), покажу те места в книге, которые навели меня на такие мысли.
А как насчет "официальной религии" как "мерзости" в пассаже о Толстом (который, как я понимаю, у вас тоже христианин), этого тоже нет в книге?
А впрочем, ну ее, эту герменевтическую акробатику. Не поняла так не поняла. В конце концов, нет занятия более дурацкого, чем доказывать автору, что он на самом деле имел в виду:)
Где это Толстой у меня христианин?!
В любом случае он гораздо ближе к христианству, чем Победоносцев. Но толстовские мнения Пастернаку в значительной степени чужды, близки ему были только его взгляды на историю да на "мир личности", см. письмо Фадееву. Государственного насилия он тоже не любил. Но тем сходство и исчерпывается -- взгляды Пастернака на историю были радикальнее. И сам Пастернак никогда не называл официальную церковь мерзостью, знал наизусть многие службы -- там есть про это. Но суть, как вы понимаете, не в этом, а в монологе Дудорова из военной неоконченной пьесы, в разговоре Живаго с Гордоном об иудаизме, в "Рождественской звезде", которая одна поставила бы Пастернака в первый ряд христианских поэтов. Неужели вы этого не слышите там? -- и если не слышите, то где же слышите? Что вы тогда понимаете под христианством?
****В любом случае он гораздо ближе к христианству, чем Победоносцев.****

Не могу ничего сказать наверняка о духовной жизни г-на Победоносцева, ибо я ему свечку не держала:) Зато про Льва Николаевича все известно, и то, что известно, позволяет мне думать, что Толстой не просто был не ближе к христианству, чем кто бы то ни было, а просто был от него очень далек. Лев Николаевич умудрился совершить единственное глубокое кощунство в русской классической литературе - умудрился харкнуть прямо в Чашу Причастия. Это все равно, что вколотить гвоздь в лик Младенца на иконе. Мерзость. Я полагаю, что после такого о какой-либо "близости к христианству" рассуждать просто неуместно. Причем здесь речь идет не о конфликте с некоей "официальной церковью" (а что, есть какая-то другая?), а о конфликте неспосредственно с Христом, с Его установлением Евхаристии.

****Пастернак никогда не называл официальную церковь мерзостью, знал наизусть многие службы -- там есть про это. Но суть, как вы понимаете, не в этом, а в монологе Дудорова из военной неоконченной пьесы, в разговоре Живаго с Гордоном об иудаизме, в "Рождественской звезде", которая одна поставила бы Пастернака в первый ряд христианских поэтов. ...Что вы тогда понимаете под христианством? ****

Воот!:) "Суть в монологе ... в разговоре...в "Рождественской звезде"... " Об этом я и писала в рецензии, правда, наверное, неоправданно резко. Я полагаю, что суть вообще не в этом:) Если суть в этом, то правильнее было бы говорить как раз о "христианских темах и мотивах в творчестве", наконец, "о симпатизировании христианству", "тяготении" к оному и т.д. и т.п. (ну вот Бродский - он тоже тяготел:), к примеру). А если мы говорим о человеке как о христианине, или тем более как о христианском мыслителе, то речь идет не только о некоем комплексе взглядов или даже убеждений. Речь идет даже не о небесной по сути своей поэзии - да, я плачу от восхищения каждый раз, когда читаю "Рождественскую звезду", но речь все равно не об этом.
И дело не в том, как я понимаю христианство. Дело в том, как христианство понимает христианство. Поймите меня правильно, это очень скользкая тема, ее воспринимают очень лично, но в данном случае я вовсе не хочу говорить о том, кто был хороший, а кто плохой, кто был порядочный человек, а кто нет, - я ратую за точность словоупотребления. Так вот если употреблять слово "христианство" точно, в его новозаветном смысле, то никакой "свободной, внецерковной веры" не существует. Это нонсенс. Равно как и "личное" (в смысле, внецерковное) спасение. Это все такие новомодные богоискательские (я их облаиваю "интеллигентскими") придумки. Да, парадокс с ахматовским и пастернаковским мироощущением, который вы подметили, - существует. Но из этих двоих христианка - Ахматова.
А кроме того, я считаю, что есть взгляды и убеждения, с христианством несовместимые. Вот отождествление Живаго (и себя - со стороны Пастернака) с Христом, к примеру. Или вот обожествление поэта - уже с вашей стороны. То, что поэту позволено больше, чем простому смертному, - ну это, извините, за всякой христианской гранью. Кстати, а вы сами не чувствуете в этом противоречия? Ну если поэтический дар - это дар, то есть нечто незаслуженное и безвозмездное, но почему его носитель чем-то круче остальных?:) У него ответственности больше, а не прав женами разбрасываться, - так, на мой взгляд, обстоит дело. Поймите меня правильно, я тоже считаю, что высшие сферы могут говорить через поэта, я даже занимаюсь творчеством поэта, который был постоянно... эээ... на проводе, но я думаю, что "подключение" происходит не по факту поэтической одаренности.

Простите, можно еще задать вопрос по "ЖД"? У нас тут была дискуссия насчет того, как понимать финал - пары-то оказались "неправильными", а земля встала все равно. Парадокс, однако:) Мы тут излагали гипотезы (http://grey-koala.livejournal.com/36665.html#cutid1), но к единому мнению все равно не пришли (на отзыв о ЖД вам, наверное, лучше не смотреть:) - он несколько критичный получился) Впрочем, я допускаю мысль, что для вас расшифровывать финал ЖД - это идти против правил самого романа.

И в любом случае спасибо за хорошие книги
Насчет христианства -- абсолютно +1. Даже +100. Потому что невообразимо надоели как раз те самые "интеллигентские метания". Можно быть либералом, не будучи членом либеральной партии; но быть христианином, не будучи частью Церкви, просто невозможно.

Скажу грубо -- имею право, ибо сама в той же тарелке :), -- что подобные выверты -- от нежелания соответствовать всем стандартам, эдакое желание заранее себе выписать индульгенцию. На что-нибудь. Вот не хочет человек быть верен жене -- и каяться при том не хочет, вот не хочет он чувствовать себя за то виноватым; и как ему в Церковь? никак.

Пастернак же, насколько можно судить даже по мемуарам Ивинской, как раз из этого склада людей -- когда хочется делать то, что хочется, и при том чувствовать себя правым. Собственно, именно люди этого сорта больше всего любят аргумент "поэту (царю, гению, нужное подставить) дозволено больше, чем простым смертным". Потому что ежели право на себе дозволенное за всеми признать -- это что ж выйдет? со стороны ведь видно, что это за мерзость; а себе... ну ведь очень хочется.

Бог свидетель, к Сталину у меня непечатное отношение, но его отвращение и презрение после разговора с Пастернаком о Мандельштаме я понимаю. Надо же было на такое напороться...